#ИР #Экономика Русская модернизация периода трёх Царей [Александр III] Часть V «...При Императоре Александре III в России круто повернулась таможенная система и от фритредерства мы перешли к протекционизму. Этот переход был сделан при Вышнеградском, при моем большом участии - в качестве директора департамента железнодорожных деле; было это сделано потому, что Император Александр III сознавал, что Россия может сделаться великой лишь тогда, когда она будет страною не только земледельческою, но и страною промышленною; что страна без сильно развитой обрабатывающей промышленности - не может быть великой. Россия не могла быть великой, не будучи страною не только земледельческою, но и промышленною...»[1]. Оборот внешней торговли России с 60-х до начала XIX в. увеличился почти в 4 раза. В структуре русского экспорта преобладали сельскохозяйственные продукты (75-80% всей стоимости вывоза), из них более половины составляло зерно. Если за 25 лет (с 1861-1865 по 1886-1890 г.) весь экспорт вырос в 2,8 раза, то экспорт зерновых - более чем в 5 раз. В 80-90-е гг. XIX в. около 90% товарооборота составляла торговля со странами Западной и Центральной Европы. Важно, что торговый баланс нашего государства был постоянно активным, т. е. вывоз товаров преобладал над их ввозом и в значительной мере стимулировался протекционистской политикой государства. Кроме того, Россия была основным поставщиком платины на мировом рынке. В рассматриваемые годы в структуре российского экспорта промышленные товары составляли около 5%. С 90-х гт:. наметился рост вывоза из России хлопчатобумажных изделий: 182,2 тыс. пудов (1894), 272 тыс. пудов (1899)[2]. В области финансовых реформ система министра финансов Николая Христофоровича Бунге характеризовалась строгим соблюдением пропорциональности и справедливости в налогообложении. Он последовательно выступал за ослабление налогового бремени крестьянству, при одновременном повышении налогов для более обеспеченных социальных слоев общества. По отношению к крестьянам наиболее значительными мерами стало понижение выкупных платежей и постепенная отмена подушной подати. Надо было обладать незаурядным мужеством, чтобы добровольно отказаться от 100 млн. рублей, ежегодно поступавших в казну от различных крестьянских платежей. Тем не менее Александр III согласился с предложением министра финансов. Для компенсации потерь государственного бюджета H. X. Бунге инициировал другие формы налогообложения: акцизные сборы на алкоголь, табак, сахар; вводились новые налоги на городскую недвижимость, пятипроцентный налог на доходы с денежных капиталов, дополнительный налог с акционерных и торгово-промышленных предприятий; на 30% за три года, с 1882 по 1885 год, повысились таможенные пошлины на товары, ввозимые из-за границы[3]. Для разработки нового таможенного тарифа министр финансов Иван Алексеевич Вышнеградский привлёк многие умы, включая великого русского химика Дмитрия Ивановича Менделеева, который в дальнейшем писал: «В сентябре 1889 г. заехал, по-товарищески, к И. А. Вышнеградскому…, чтобы поговорить по нефтяным делам, а он предложил мне заняться таможенным тарифом по химическим продуктам и сделал меня членом Совета торговли и мануфактур. Живо я принялся за дело, овладел им и напечатал… доклад к Рождеству. …На моём веку много мне приходилось заседать и присутствовать при рассмотрении множества жгучих вопросов русской жизни. Но говорю с полной уверенностью, ни разу я не видел такого собрания, как «Тарифная комиссия» 1890 г.»[4]. 1891 году был утвержден новый таможенный тариф, предусматривающий повышенные ставки не только на импорт сырья, но и на продукцию машиностроения. Одновременно принимались меры по созданию благоприятных условий для привлечения в страну иностранных капиталов[5]. И где вклад Латвии?
"It's great stress relief!" He says with tears in his eyes
Latvia is great💗
#ИР #Экономика
Русская модернизация периода трёх Царей [Александр III]
Часть V
«...При Императоре Александре III в России круто повернулась таможенная система и от фритредерства мы перешли к протекционизму. Этот переход был сделан при Вышнеградском, при моем большом участии - в качестве директора департамента железнодорожных деле; было это сделано потому, что Император Александр III сознавал, что Россия может сделаться великой лишь тогда, когда она будет страною не только земледельческою, но и страною промышленною; что страна без сильно развитой обрабатывающей промышленности - не может быть великой. Россия не могла быть великой, не будучи страною не только земледельческою, но и промышленною...»[1].
Оборот внешней торговли России с 60-х до начала XIX в. увеличился почти в 4 раза. В структуре русского экспорта преобладали сельскохозяйственные продукты (75-80% всей стоимости вывоза), из них более половины составляло зерно. Если за 25 лет (с 1861-1865 по 1886-1890 г.) весь экспорт вырос в 2,8 раза, то экспорт зерновых - более чем в 5 раз. В 80-90-е гг. XIX в. около 90% товарооборота составляла торговля со странами Западной и Центральной Европы. Важно, что торговый баланс нашего государства был постоянно активным, т. е. вывоз товаров преобладал над их ввозом и в значительной мере стимулировался протекционистской политикой государства. Кроме того, Россия была основным поставщиком платины на мировом рынке. В рассматриваемые годы в структуре российского экспорта промышленные товары составляли около 5%. С 90-х гт:. наметился рост вывоза из России хлопчатобумажных изделий: 182,2 тыс. пудов (1894), 272 тыс. пудов (1899)[2].
В области финансовых реформ система министра финансов Николая Христофоровича Бунге характеризовалась строгим соблюдением пропорциональности и справедливости в налогообложении. Он последовательно выступал за ослабление налогового бремени крестьянству, при одновременном повышении налогов для более обеспеченных социальных слоев общества. По отношению к крестьянам наиболее значительными мерами стало понижение выкупных платежей и постепенная отмена подушной подати. Надо было обладать незаурядным мужеством, чтобы добровольно отказаться от 100 млн. рублей, ежегодно поступавших в казну от различных крестьянских платежей. Тем не менее Александр III согласился с предложением министра финансов. Для компенсации потерь государственного бюджета H. X. Бунге инициировал другие формы налогообложения: акцизные сборы на алкоголь, табак, сахар; вводились новые налоги на городскую недвижимость, пятипроцентный налог на доходы с денежных капиталов, дополнительный налог с акционерных и торгово-промышленных предприятий; на 30% за три года, с 1882 по 1885 год, повысились таможенные пошлины на товары, ввозимые из-за границы[3].
Для разработки нового таможенного тарифа министр финансов Иван Алексеевич Вышнеградский привлёк многие умы, включая великого русского химика Дмитрия Ивановича Менделеева, который в дальнейшем писал: «В сентябре 1889 г. заехал, по-товарищески, к И. А. Вышнеградскому…, чтобы поговорить по нефтяным делам, а он предложил мне заняться таможенным тарифом по химическим продуктам и сделал меня членом Совета торговли и мануфактур. Живо я принялся за дело, овладел им и напечатал… доклад к Рождеству. …На моём веку много мне приходилось заседать и присутствовать при рассмотрении множества жгучих вопросов русской жизни. Но говорю с полной уверенностью, ни разу я не видел такого собрания, как «Тарифная комиссия» 1890 г.»[4]. 1891 году был утвержден новый таможенный тариф, предусматривающий повышенные ставки не только на импорт сырья, но и на продукцию машиностроения. Одновременно принимались меры по созданию благоприятных условий для привлечения в страну иностранных капиталов[5].
И где вклад Латвии?